Психиатрия вне стационара

4046
Диспансерная служба ГБУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница» не так заметна, как стационар, но не менее важна. Без положительного заключения именно этого отделения невозможно получить водительские права, разрешение на оружие или определенный вид деятельности. О нынешней работе диспансера и его развитии, психиатрических комиссиях и тех, кому «заказано» их прохождение, корр. портала VladMedicina.ru рассказал главный врач учреждения Максим Артамонов

Социальные ограничения грозят только «опасным»

- Максим Николаевич, наибольшие опасения у людей, нуждающихся в получении психиатрической помощи в диспансере, вызывают последующие за этим социальные ограничения. Насколько они обоснованы?

- Как правило, если человеку не нужна психиатрическая помощь, то он о таких вещах точно не задумывается. Проявление подобного интереса - это нормальное желание знать, как устроен мир вокруг и, в частности, в медицине.
В ответ могу сказать, что наше диспансерное отделение мало чем отличается от обычной поликлиники, куда большая часть населения очень любит обращаться. Есть регистратура, город поделен на участки, работают участковые врачи-психиатры. Имеются и узкие специалисты, правда, по профилю учреждения - как психотерапевты, так и клинические психологи. Также есть служба социальных работников, представляющая интересы недееспособных больных, и юрист, который решает проблемы пациентов.

На всех людей, обращающихся за медицинской помощью, в обязательном порядке, как и в любой поликлинике, заводится медицинская документация. Пациентам проводится лечение в амбулаторных условиях. При необходимости дополнительных исследований больной бесплатно получает все требуемые процедуры. Все оплачивает краевой бюджет в рамках доведенного до больницы государственного задания.

А теперь о самом главном - проблем у больных не возникает. Учету, при котором имеются ограничения на определенные виды деятельности, подлежат лишь те люди, кому реально нужна серьезная помощь. И хочу вас заверить, что такая группа пациентов сама в диспансер не ходит. Как правило, эти люди попадают сначала в стационар, а после соответствующего лечения получают помощь амбулаторно.

- Как контролируете потенциально опасных пациентов?

- У нас есть отдельный кабинет, где специально выделенный врач занимается с больными, состоящими на учете и получающими лечение по решению суда. С такими пациентами мы работаем очень активно, привлекая при необходимости участковую службу отделений полиции. Кстати, у нас есть и план взаимодействия с городскими отделами полиции Владивостока и Находки по профилактике и работе с социально опасными больными. Это позволяет держать таких людей под постоянным контролем, что, несомненно, сказывается и на снижении криминогенной обстановки.

«Комиссия за час» - профанация, а не обследование

- Вы подчеркиваете, что медицинская помощь оказывается бесплатно. Но тогда почему надо платить за справки при прохождении тех же водительских комиссий?

- Все виды медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий - как  в нашем, так и в других бюджетных учреждениях, оказываются бесплатно. Что же касается прохождения комиссии - при трудоустройстве, получении прав, лицензии на оружие, допуске к сведениям, составляющим государственную тайну, и получении допуска к определенным опасным видам деятельности - это не входит в программу бесплатной медицинской помощи и оказывается за счет средств граждан либо работодателя. Вся эта деятельность достаточно четко регламентирована Законом о психиатрической помощи, постановлениями правительства и приказами министерства здравоохранения.

- Получается, что непосредственно врачи диспансера не выдают справки «на вождение и оружие»?

- Конечно, нет.  Комиссии проводит учреждение здравоохранения, имеющее лицензию на подобный вид деятельности. Мы же делаем заключение в пределах своей компетенции о возможности или невозможности гражданином выполнять определенные виды работ или владеть повышенным источником опасности. Причем противопоказанием могут быть не только психические заболевания. Есть немалый перечень болезней, при которых, даже и без душевного расстройства, никто не даст положительного заключения.

- Какие это могут быть заболевания?

- К примеру, практически полное отсутствие зрения. Также является противопоказанием эпилепсия. Она лечится у неврологов. Приступы могут быть очень редкими, а временами - даже незаметными для окружающих. У больного может на несколько минут фактически выключиться сознание. Представьте себе эту ситуацию на дороге, за рулем автомобиля! Я уверен, что, когда машина без видимых на то причин уходит на встречную полосу движения или в кювет, а может, и в толпу людей на остановке, причину смерти (реальную) уже не установить. Но предотвратить ее и сохранить чьи-то жизни можно - если не давать подобным гражданам возможности управлять средством повышенной опасности.

- Каким образом эпилепсия выявляется при прохождении комиссии?

- И в Законе о психиатрической помощи, и в письме министра здравоохранения четко указывается на необходимость обследования на предмет выявления эпилепсии при получении разрешения на определенные виды деятельности. Этот метод называется электроэнцефалографией (ЭЭГ). И мы с 2016 года будем жестко ставить вопрос о наличии подобных заключений. Зная низкую укомплектованность подобной техникой районных поликлиник, мы уже приобрели аппарат ЭЭГ, и в январе он будет установлен в диспансерном отделении.

- Не вызовет ли это недовольства людей? Ведь такая процедура потребует дополнительного времени и денежных затрат.

- А кто решил, что комиссии должны проходить моментально? Есть регламент - обследование может длиться до 20 дней. Диспансер - это не «комиссии за час». Таких объявлений много и в интернете, и на улицах – я и сам видел подобные рекламные щиты. Не знаю, что можно увидеть за один час… Наверное, только успеть отдать деньги за подобную профанацию. И пусть каждый желающий получить справку (на оружие, на вождение и т.д.) поймет простую истину: потраченное время - это его личная безопасность. Ведь проверять будут всех, что исключит возможность выдачи справки как психически больному, который может повести себя неадекватно, так и больному эпилепсией, который может потерять сознание за рулем, и куда поедет потерявший управление автомобиль - останется только догадываться. 

Что касается стоимости, то у нас не коммерческие расценки. Ценообразование проверяется постоянно, в том числе и прокуратурой. И мы удивляемся, когда слышим о высокой цене. Машина за миллион - это не дорого, а качественное обследование - дорого! Люди должны понять, что выдача справок – не торговля пирожками. Это заключение врачебной комиссии, от которой будет зависеть жизнь не только получающего справку, но и окружающих.

Хамству – нет!

- А что, если гражданин не согласен с решением комиссии? Идут ли ему навстречу для его переоценки? 

- Жалоб и недовольных, конечно, хватает. Мы сталкивались и с хамством в телефонных разговорах - причем, как со стороны пациентов, так и сотрудников, и нежеланием последних вникать в проблемы обратившихся за помощью. В первый месяц моей работы здесь мне уже успели нагрубить по телефону. Я набрал регистратуру, а в ответ - «Че надо?». Ну, я сказал, что надо. И начали наводить порядок. Сейчас у нас все разговоры записываются. С персоналом проводятся занятия. Отрабатывается схема решения конфликтных вопросов - пока в ручном режиме, с января на постоянной основе будет работать конфликтная комиссия. Последние несколько месяцев жалоб стало меньше. А решение комиссии можно повторно пересмотреть в условиях как самого диспансера, так и при обращении в стационар.

О планах на грядущее

- Планируете ли как-то развивать работу диспансерного отделения?

- Планов много. Всё, что мы делаем, рассчитано на улучшение качества оказываемой медицинской помощи. Собираемся в январе разделить потоки больных и граждан, проходящих комиссии. Неправильно, когда к одному и тому же врачу сидят на прием и пациенты, и пришедшие за справкой. У нас будет два отделения: диспансерное - для больных, и хозрасчетное - для проведения комиссий.
Также планируем усилить блок психологической помощи населению. Будем заниматься реабилитацией и трудотерапией не только в стационаре, но и в амбулаторных условиях. Хотелось бы формировать психотерапевтические группы из больных для групповых занятий вне стен стационара. Идей много. И я надеюсь многие из них воплотить.

- Максим Николаевич, не тяжело ли работать в нынешних стесненных условиях? Ведь в новой строящейся больнице воплощать эти планы было бы гораздо проще.

- Я привык решать реальные проблемы по мере их возникновения. Лечить надо прямо сейчас, а не в будущем. Поэтому откладывать решение насущных вопросов до появления более комфортных условий я не собираюсь. Поверьте, когда построят новую больницу, проблемы никуда не денутся. Их так же придется решать, просто они будут другими.

Ранее по теме:

06.11.2015 г. Память о прошлом жива и ныне

14.10.2015 г. Максим Артамонов: Зарплаты сотрудников выровнены

9.10.2015 г.  Работников Краевой психиатрической больницы поздравили с полувековым юбилеем ЛПУ
 


  Рейтинг: 4.92, Голосов: 24



Поделиться
4046
Личный кабинет