Резать, к чёртовой матери, не дожидаясь перитонитов

6938
...Локи обладал способностью менять свою внешность...

...Основные качества Локи - хитрость и коварство...

...Выступает в двух ипостасях. Первая - ловкий плут... действующий обычно не силой, а обманом; принимает часто разные обличья...

...Вторая ипостась Локи - воплощение зла, демон; некоторые исследователи видят в нем дьявола. Выступает как нарушитель мира и порядка... совершает убийство и подвергает поношению всех присутствующих...

... Вместе с великанами и хтоническими чудовищами сражается с богами в Последней битве. Находит смерть в поединке с небесным стражем...

 

Думаю, по одному этому эпиграфу коллеги поняли, о чем же я собираюсь написать сегодня, пока не остыл клавиатурный зуд в пальцах. Ну а люди, от медицины далекие, но любопытные, прочитали сабж и тоже пребывают в курсе дела. Да-да, о нем, об остром аппендиците я собираюсь поведать тебе, читатель.


И раз уж буйное мое воображение на сей раз провело неожиданную параллель между хитромордым мифологическим персонажем и известной каждому ребенку болячкой, то... как раз по мифам и пройдемся кованым сапогом научно-популярного знания.

- Аппендицит у вас. Оперироваться надо.

- Ой... А без операции никак?

- Никак. Совсем никак.

- Ну ладно. Я тогда завтра с утра приду в больницу. А то сегодня тапочки даже не взяла с собой. И попугай у меня не кормлен. И чемпионат мира по метанию молота среди шахматистов вечером показывают.

- Какой завтра?! Оперироваться надо сегодня! Сейчас! Завтра будет перитонит!

Итак, заблуждение первое и самое опасное. "Поболит и пройдет" - такой принцип иногда прокатывает с зубной болью, чаще с головной и почти всегда с мышечными. Но вот в случае аппендицита подобный оптимизм оборачивается очень плохо. Наша с вами привычка закинуться обезболивающим и терпеть, возомнив себя матросом Железняком, обороняющим амбразуру офисного производства до последнего вздоха, приведет лишь к тому, что воспаление червеобразного отростка будет активно прогрессировать. А вы этого толком и не почувствуете. Впрочем, рано или поздно действие обезболивающего закончится и вот тогда-то... Но это я опять пугаю и стращаю для красного словца. А сухой же остаток морали таков: острый аппендицит - острое состояние, требующее экстренной операции. Быстро развился. Быстро оперировать. Здесь. Сегодня. Сейчас. И никаких гвоздей полумер для того, чтобы оттянуть на потом неприятную необходимость. Бо чем быстрее заглянет в наш с вами живот человек в стерильном халате, тем больше шансов на то, что и потери будут минимальны.

Эпизод второй

- Аппендицит у вас. Оперироваться надо.

- Аааа!!! Спасите-помогите!!! Аппендицит!!!

- Успокойтесь. Сейчас я оформлю вашу историю болезни, посмотрю группу крови и поедем в операционную...

- Что там смотреть?! Чего время тянуть?! Пока я тут анализы сдавал, у меня перитонит развился!!! И аппендицит уже лопнул!!! Мне так плохо, я умираю! Видите, уже и черты лица заострились, и в пот бросает!!!

Бдительность и трепетное отношение к собственному организму - качества отличные. Не иронизирую ни раза. Только вот аппендикс, сиречь червеобразный отросток, не лопается. Это всего лишь устоявшаяся аллегория, пущенная в обиход врачами и понятая пациентами не совсем верно. Если долго-долго (допустим, больше суток от начала заболевания) сидеть дома, не желая отдать эскулапам ни пяди родного тела, или же продираться через дремучую тайгу в поисках ближайшего лечебного учреждения, коими тайга не богата, как известно, то воспаление отростка дойдет до крайней своей точки - отмирания его стенок. Образуется в отростке дырка или даже несколько, через которые всякая бяка потечет в брюшную полость. Но все это будет происходить постепенно... И никаких громких лопаний с хлюпающими звуками и забрызгиванием соседа по таежной экспедиции. Посему все россказни о том, что «фершал со Скорой кааак нажал мне на живот, что аж аппендицит лопнул!», остаются всего лишь россказнями.

Кстати описанный вариант острого аппендицита в условиях таежной вылазки - вовсе не повод, чтобы названивать похоронному агенту. Плохо, конечно, что инфекция выбралась в свободную брюшную полость, но, в общем, вполне переносимо. Просто операция будет подольше, посложнее и шрам после нее наверняка окажется большой и некрасивый. Но о шрамах поговорим ниже.

И кстати простительны такие поздние обращения к врачу только таежникам и космонавтам. А тем, кто в городах живет, стыд и позор.

Эпизод третий

- Что вы меня, доктор, пугаете? От аппендицита не умирают!

К сожалению, умирают. Крайне редко. Но все же. И речь, как правило, идет о самых-самых запущенных ситуациях, когда инфекция из воспаленного отростка не просто вышла в живот, но еще и разбрелась по нему во всех направлениях. Это и есть пресловутый перитонит. До такого состояния частенько себя доводят алканавты, которые за наиболее актуальной для них проблемой беспробудного пьянства, не замечают случившейся в животе катастрофы. А еще пожилые люди. Но они-то как раз не виноваты. У стариков болевой порог высокий, а общая реактивность организма низкая. И вот ноет-ноет у бабулечки живот, плохеет ей стремительно... С таким перитонитом молодой человек давно лазил бы по потолку с воплями, а бабулечка, к сожалению, поздно ощущает, что стало в самом деле очень плохо.

Да что и говорить, сама по себе большая операция по поводу перитонита для любого ослабленного организма - огромный риск. А уж послеоперационный период... *тут я махнула рукой и загрустила, потому что именно в послеоперационном периоде начинаются основные проблемы и осложнения*

А вот это самое-самое

- У меня после аппендицита шрам ужасный остался! Наверно какой-нибудь пьяный студент кухонным ножом оперировал!

Вот тут сразу кучка дурацких мифов, которые я с вашей помощью последовательно развенчаю.

Ну, во-первых, какой бы простой ни считалась операция по поводу неосложненного аппендицита, никто не даст делать ее косорукому студенту, вооруженному топором для колки Буратин. А если и доверяют оперировать молодому врачу, то натворить бед ему не дадут старшие коллеги, непременно помогающие на первых порах. Ответственность всегда лежит на самом старшем враче, кто бы ни делал операцию.

А во-вторых, давайте поговорим о шрамах. Шрамы страшные бывают тогда, когда после операции рана нагнаивается. Причин у нее для этого много. Взять хотя бы тот факт, что аппендектомия - сама по себе операция «грязная». Воспаленный аппендикс - отличный источник инфекции, и при всех правилах соблюдения асептики, часть микробов все равно попадает на стенки раны, пока хирург выковыривает проклятого «червяка» из живота. А ежели аппендикс не просто воспалился, но уже и начал разваливаться, как мы это описывали применительно к отважным, но невезучим геологам, то рана обсеменится микробами наверняка. Такую рану могут даже и не зашить сразу. А только через несколько дней, когда из нее вытечет вся гадость. Тут, к сожалению, гарантирован шрам очень некрасивый. А еще мы сами виноваты, если пирожными, морожными и бигмаками наели себе внушительное пузко. Чем больше живот, тем больше разрез. Ничего тут не попишешь. Ну и коллеги-рецензенты настоятельно просили упомянуть врожденную склонность к образованию страхолюдных рубцов от малейшей травмы кожи. Рубцы такие называются келоидными и частенько встречаются у пациентов. При таких раскладах, как ни старайся... все равно будет некрасиво. Извините, простите, но претензии к маме с папой.

И третье. Локки. Коварный, противный божок, строящий козни на каждом шагу. Вот и аппендицит, подлый. Рассказывает пациент классическую картину аппендицита с болями, где положено. А на операции выясняется, что проклятый червеобразный отросток забрался в такие медвежьи углы живота и так хитро там спрятался, что хирург заранее начинает потеть и ругаться матом... А поди, перебери работающий мотор через выхлопную трубу вытащи аппендикс из-под печени, когда ты сделал крохотный разрезик в самом низу живота, стремясь соблюсти косметичность... Вот и приходится расширять разрез. Ну а после операции пациент смотрит сердито на шов и бормочет что-то про кривые руки и пьяных коновалов. Абыдна, да?!

Кстати говоря, не обижайте доктора суждениями о том, что аппендектомия - очень простая операция. Конечно, с пересадкой сердца не сравнить, да и любой нейрохирург улыбнется ехидно на мою сентенцию, однако...

Ну и напоследок

- А у меня врачи аппендицит не распознали и никак не хотели оперировать, пока я помирать не начала совсем!

Данная ситуация, конечно, весомый булыжник в хирургический палисадник. Однако вернемся, друзья мои, к эпиграфу. Дюже удачное получилось сравнение острого аппендицита и лицемера Локки.

Он, острый аппендицит, редко протекает по классической схеме, со всеми зазубренными на 4 курсе мединститута симптомами. А вот разнообразных масок и личин у него будет поболее, чем серий в хрестоматийной «Санта-Барбаре». И болеть может совсем не там, где положено, и может вовсе не болеть. Или болит, гад, но совсем как тогда, когда протухшего борща наелся... А у нас, женщин горемычных, еще ведь и придатки имеются как раз рядом с аппендиксом. Кто из нас не кушал обезболивающие пачечками на этапе первых дней менструации? И кто из нас не знает магическое слово «сальпингоофорит»?

Поди, все знают. Вот и приходится иной раз сутками устраивать «демоническое наблюдение» за пациенткой, чтобы зря ей живот не перепахивать, мучаясь излишней противоаппендицитной настороженностью...

Засим, друзья мои, заканчиваю, хотя мифов еще осталось полным полно.



  Рейтинг: 4.62, Голосов: 13



Поделиться
6938
Личный кабинет