Хочу родить в Москве?!

Во сколько лет женщинам еще не поздно рожать? Как высокие технологии помогают обрести счастье материнства?.

Вчера редакционный телефон, по которому принимались вопросы для главного акушера-гинеколога Минздравсоцразвития России, академика РАМН Лейлы Адамян, раскалился добела. Звонили из Кемерова, Новосибирска, Калуги, Владивостока, Воронежа... А началась встреча с обсуждения темы, которая сейчас на слуху, модернизации здравоохранения.

Российская газета: Как она коснется охраны здоровья женщин? Ведь нередко под модернизацией разумеют приведение в порядок медицинского учреждения, оснащение его современным оборудованием...

Лейла Адамян: Это заблуждение. Модернизация - глубинный процесс, который надо начинать с модернизации мышления, образования, подходов к здравоохранению. Переход на трехуровневую систему оказания помощи: традиционное лечение, специализированное, высокотехнологичное в федеральных, перинатальных центрах и так далее. Необходима модернизация системы образования - от начинающих врачей до профессуры. К сожалению, во всем этом мы реально несем печать отставания.

Я ровно сорок лет в акушерстве и гинекологии. И никогда ранее не было такого внимания к системе здравоохранения вообще, и к нашей области особенно. Только сейчас мы реально почувствовали, что акушерство и гинекология - профессия судьбоносная. Наконец все поняли: если будут рождаться "плохие" дети, то и население будет не на уровне. Не будет ни репродукции, ни демографии, ни истинного благополучия.

РГ: Читательница из Благовещенска задает конкретный вопрос: проект закона об основах здравоохранения предполагает право пациента на выбор врача. Но возможно ли на практике пациентке с Дальнего Востока лечиться в Москве у академика Лейлы Адамян?

Адамян: Конкретный вопрос требует конкретного ответа. Никогда раньше за врачом не шел больной. Сейчас стало возможным: если ты хороший врач, у тебя много больных. Ты востребован. И это очень правильно. Это и есть выбор врача. Но невозможно одновременно оказать помощь всем, выбравшим, скажем, меня. И если ситуация не экстренная, если она позволяет ждать и это ожидание или транспортировка не сопряжены с риском для жизни, то почему бы и нет.

Я принимаю раз в неделю, по четвергам. Прием открытый. Любой человек из любой точки нашей страны может прийти ко мне. В зависимости от того, какая у него патология, если он хочет оперироваться и лечиться в нашем центре акушерства, гинекологии и перинатологии, он может это сделать бесплатно: по линии специализированной или высокотехнологичной медицинской помощи по квотам.

РГ: Но, скажем, стент при сердечно-сосудистых патологиях стоит две тысячи долларов. Кто может его получить бесплатно? Кто за деньги?

Адамян: Если комиссия решает, что данному пациенту необходима операция по установке стента, то она будет проведена бесплатно, по квоте. Вопрос о ее предоставлении решает специальная комиссия данного лечебного учреждения или региона.

РГ: Квот достаточно?

Адамян: Конечно! Мы вообще работаем по квотам. Например, в нашем центре 86 процентов больных оперируется по линии высокотехнологичной помощи. То есть за счет средств государства.

РГ: Сейчас узаконено: если родился ребенок весом 500 граммов, он должен жить. Это не чревато различными осложнениями в будущем? - спрашивает Ольга Матвеева из Ульяновска.

Адамян: Канада, Америка и многие другие страны имеют 20-летнюю историю выхаживания этих детей. У нас небольшой, но уже есть свой опыт и свои позитивные результаты. Несмотря на все сложности выхаживания детей с экстремально низкой массой тела, их можно и нужно спасать. Более того, это некий критерий общего уровня службы здоровья.

Подробный отчет о "деловом завтраке" читайте в ближайших номерах "РГ" и "РГ-Неделя"




Количество просмотров: 1752
Личный кабинет