Компания «Медси» - лидер российской частной медицины

8710
На российском рынке платных медицинских услуг появился отраслевой лидер — компания «Медси», образованная путем консолидации государственных и частных медицинских активов. Компания намерена предложить принципиально новые подходы к организации и технологии лечения

Рынок частной медицины — один из самых слаборазвитых в нашей стране. В отличие от других потребительских отраслей в этой сфере практически нет крупных игроков и значимых брендов: доли крупнейших компаний не составляют и одного процента. В основном частные клиники работают в узких рыночных нишах — стоматология, урология, гинекология, лабораторная диагностика. В стране совсем немного частных многопрофильных предприятий с полным циклом лечебно-диагностических услуг, которые в развитых странах составляют костяк рынка частной медицины. Главная причина тому — конкуренция с государственными лечебно-профилактическими учреждениями (ЛПУ), которые по факту оказывают платные услуги. Только единичным проектам, имеющим сильных акционеров, удается выдерживать эту конкуренцию и динамично развиваться.

В их числе компания «Медси», входящая в финансовую группу АФК «Система». Созданная в 2007 году в результате слияния известного советского клинико-диагностического центра «Медси» и сети «Медэкспресс», образованной в 1990-е на базе ведомственных ЛПУ, эта компания стала самым динамичным игроком рынка частной медицины в России. Даже в кризисное время темпы ее роста составляли порядка 30% в год. «Медси» первой начала развивать сеть клиник в регионах (в Пятигорске, Рязани, Нижневартовске, Барнауле, Волгограде), предложив не только специализированные, но и многопрофильные медицинские услуги — как для корпоративных клиентов, так и для частных лиц. Столь активному росту способствует стратегия «Медси», предполагающая аккумуляцию лучших в стране медицинских активов.


Так, два года назад в состав компании вошел известный Американский медицинский центр, с советских времен предоставляющий медицинские услуги зарубежным гражданам, проживающим в России. А нынешней весной «Медси» объединилась с ГУП «Медицинский центр управления делами мэра и правительства Москвы».

Одно из подразделений компании, детский клинико-диагностический центр «Медси 2», по данным последнего исследования, проведенного журналом «Эксперт» к очередному Всероссийскому конгрессу «газелей», вошло в число динамично растущих компаний-«газелей». Впервые за время исследования «газелей» на российском рынке в их число вошла медицинская компания. А сама «Медси» была награждена на конгрессе специальным призом за рост в социальном секторе.

Возможно, появление первого крупного игрока на рынке частной медицины будет задавать тон в отрасли, способствовать формированию новых стандартов работы, которые сегодня крайне низки даже на фоне некоторых развивающихся стран (например, Кубы и Китая), не говоря уже о странах развитых. И речь идет не только о частной медицине:во многих отечественных государственных клиниках технологии организации приема пациентов, самого лечения остаются на уровне 70-х годов прошлого столетия.

В последнее время ситуацию на рынке медицинских услуг осложнила реформа здравоохранения, которая еще больше забюрократизировала отрасль, сделав акцент на бухгалтерию и статистику, а не на процесс лечения и выздоровления пациентов. Как сформировать правильные подходы в медицине, как перейти от «приоритета бухгалтерии к приоритету человека»? Как подсчитать реальную себестоимость лечения и определить, что в ней может быть платным, а что нет? На многие из этих вопросов сегодня может дать ответ частная медицина. Это показало интервью с президентом «Медси» Татьяной Сергеевой.

Как создать в России успешный медицинский бизнес?

— Для появления такого бизнеса в России есть все условия. Спрос на индивидуальный подход в лечении, который обеспечивают платные услуги, существовал в нашем обществе еще в советское время. Их оказывали, например, хозрасчетные стоматологические клиники. Платные услуги можно было получить и в государственных ЛПУ: в свое время мы вызывали к ребенку на дом дерматолога, чтобы не тащить его в кожно-венерологический диспансер. Вызов стоил, как помню, пять рублей — то есть мы, молодая семья врачей, могли себе это позволить. В 1990-е годы, с развалом государственной медицины, спрос на платные услуги в стране вырос в разы. В стране начали появляться первые частные клиники, в основном узкопрофильные. На них можно было сделать быстрые деньги, не особенно вкладываясь, например, в оборудование: врачи, не имеющие опыта ведения бизнеса, зачастую не очень квалифицированные, покупали старое или списанное оборудование, арендовали кабинеты и вели прием. И эти врачи первыми подорвали доверие россиян к частной медицине, поскольку не могли оказывать услуги на должном уровне, да и спектр этих услуг был очень ограничен. Спрос на качественные медуслуги оставался и остается неудовлетворенным, тем более сейчас, когда многие наши соотечественники часто бывают за рубежом и видят там очень высокие стандарты лечения.

Сегодня не более 50% россиян пользуется услугами частной медицины против 80% жителей Западной Европы, например. Объем этого рынка у нас составляет уже примерно 17 миллиардов долларов, в то время как в США он превышает 3 триллиона долларов! В ближайшее время темпы роста рынка частной медицины составят не менее 12% в год — редкая потребительская отрасль сегодня может похвастаться такой динамикой. Из-за дефицита качественного предложения на рынке цены на лечение в России сегодня столь высоки. Государственная медицина не может предложить обществу нужный уровень количества и качества медуслуг: трех с половиной процентов ВВП, выделяемых государством на здравоохранение, по определению не может хватать! Сегодня государству надо создать оптимально-минимальную программу, которая гарантирует бесплатные услуги, а остальное вычленить в частный сектор.

Что должно быть платным в медицине, а что бесплатным? Минздрав сегодня на этот вопрос не может ответить.

— Если человек не может или не хочет платить, у него должен быть определенный уровень бесплатного медобслуживания. Я не говорю, что в государственных ЛПУ лечат плохо, а в частных хорошо: методология лечения должна быть одинакова во всех клиниках. Но я не уверена, например, что в бюджетном медучреждении будут индивидуальные палаты — а это, между прочим, очень важно для выздоровления. Важно, что в палате вместе с больным могут находиться родственники. Что там будет хорошее питание. Мы — за то, чтобы ранжировать ЛПУ, и ранг этот — как уровень звездности. Не надо бояться, что существуют клиники для богатых и бедных. Они и так есть по умолчанию.

Из-за высокого спроса рынок частных медуслуг должен был сформироваться давно. Между тем в России он по-прежнему представлен узкопрофильными предприятиями, о которых вы говорили.

Рынок действительно незрелый, и он чрезвычайно раздроблен. «Медси» — крупнейшая компания, единственная федеральная сеть клиник в России, контролирует всего один процент российского рынка и менее четырех процентов московского. Притом что наши показатели как минимум в два раза выше, чем у крупнейших конкурентов. Уровень консолидации игроков на рынке крайне низок, их маркетинговая активность невысока, сегментация, скажем прямо, условная. Словом, отрасль находится на начальной стадии становления. Тому есть причины, одна из них — сложность организации медицинского бизнеса и его высокие издержки. Особенно если мы говорим о многопрофильной клинике. Общий объем инвестиций в открытие клинико-диагностического центра со стационаром пять тысяч квадратных метров составляет не менее 20 миллионов долларов в регионах и не менее 35 миллионов в Москве. Я уже не говорю о закупках высокотехнологичного оборудования, лекарственных препаратов, которые тоже могут стоить десятки миллионов долларов. И спрос сегодня есть именно на такие ЛПУ, а не на узкопрофильные клиники со стандартным набором специалистов.

Одно из препятствий для развития частной медицины — отсутствие в стране прозрачной системы тарифов на оказание медуслуг. Можно ли подсчитать, сколько должны стоить медицинские услуги?

— Пока в России нет точного ответа на этот вопрос. Существуют теневые обороты в государственных ЛПУ, и никто не знает, почему они такие. Наверное, потому, что есть спрос и предложение. По идее, структура ценообразования включает в себя все затраты, которые как минимум необходимы для производства медуслуги. Одно посещение врача может включать в себя несколько услуг. Вот вы пришли к хирургу. Он вас посмотрел — это услуга, он сделал перевязку — это другая услуга. Или, например, как рассчитывается операция: подача наркоза одного вида — это одна услуга, наблюдение взаимодействия пациента с препаратом — другая. Ко всему этому надо добавить стоимость материалов, которые при этом применяются, затраты на содержание помещения, стоимость труда.

Развитие медицинского бизнеса в России тормозит конкуренция со стороны государственных ЛПУ, которые берут деньги. Многие россияне уверены, что проще заплатить, например, завотделением бюджетной больницы — и лечиться. Как вы намерены разрушить этот стереотип?

— Если честно, мне никогда не приходилось давать деньги в госучреждениях. Может, потому, что я тоже врач, коллега. Хотя, по данным агентства «Бизнесстат», соплатежи в лечении в государственных ЛПУ составляют 26 процентов. Государственная медицина, безусловно, мощнейший конкурент нам. Потому что ей все достается бесплатно. Поэтому мы, частники, с государственной медициной можем конкурировать только качеством медицинских услуг.

Ставка на комплексность

Что такое качество медуслуг?

— Вначале про услугу. Она состоит из двух частей. Это сервисная составляющая, которая включает в себя условия размещения (например, будет ли это одноместная палата), уход (сколько пациентов обслуживает медсестра, есть ли индивидуальный пост), питание. Понятно, что в отношении сервиса у частной медицины более сильные позиции. Вторая, более важная составляющая услуги — медицинская. Сегодня между клиниками борьба за врачей ведется более активно, чем борьба за пациентов.

В России есть переизбыток некоторых врачебных специальностей, например оперирующих хирургов, гинекологов. При этом наблюдается острейший дефицит врачей диагностических служб, врачей-лаборантов, врачей-рентгенологов, врачей функциональной диагностики, УЗИ-диагностики, компьютерной томографии, МРТ. Многие клиники накупили современного оборудования, а работать на нем некому. В этом плане мы имеем преимущество перед государственными ЛПУ — мы не стеснены рамками зарплаты, которая у нас зависит только от выручки. Впрочем, дело не только в размере зарплат, хотя в большинстве регионов они остаются крайне низкими (около 14 тысяч рублей в месяц, как я знаю). Дело и в условиях работы, доступе к современным лекарствам, оборудованию. У многих врачей, работающих в государственной медицине, очень мало возможностей оказывать качественные услуги.

Вы говорите, что можете привлекать врачей редких специальностей. Но если говорить не о специальностях врачей, а об их квалификации, то нельзя не отметить, что наиболее опытные врачи по-прежнему работают в рамках государственной медицины.

— Это так, зачастую в частных клиниках именитые специалисты работать на постоянной основе не хотят. Совмещать с работой в государственной или консультировать — да. Все-таки бренд очень важен в медицине. Кто будет конкурировать с НИИ имени Склифосовского? С Первой градской больницей? Это проблема, учитывая дефицит врачей в стране. Поэтому мы делаем ставку на комплексность лечения — то, чего государственной медицине так не хватает.

Что такое комплексность в оказании медицинских услуг?

— В начале двадцатого века в России появился институт земских врачей — многофункциональных специалистов, которые хорошо знали население этих земств и могли работать с самыми разнообразными случаями, как это описали в своих произведениях Булгаков и Вересаев. После революции здравоохранение начало развиваться в сторону усиления специализации: появились узкие специалисты, которые работают лишь с определенными органами и системами. Это свелось к тому, что пациента в отечественной системе здравоохранения пускают блуждать от одного узкого специалиста к другому, и никто не может дать ему ответ, что же с ним происходит. Как известно, за каждым симптомом в медицине могут быть десятки причин: например, заурядная головная боль может свидетельствовать и о глаукоме, и о вегето-сосудистой дистонии, и об опухолевом процессе. Сегодня, чтобы выяснить причину недуга, пациенту надо пройти массу узких специалистов — круги ада своего рода. И медицина, и общество сегодня остро нуждаются в многофункциональных врачах с огромным количеством знаний, которые хорошо ориентируются в разных органах и системах. Мы ориентированы на то, чтобы оказывать такие комплексные услуги.

Вы развиваете институт семейных врачей?

— У нас работают семейные врачи, но, поскольку это новая для отечественной медицины специализация, их пока не много. Да и население не всегда их воспринимает. Поэтому мы больше рассчитываем на терапевтов. Но в нашем понимании терапевт должен не только уметь прослушать легкие и измерить давление, и уметь посмотреть и горло, и барабанную перепонку уха, и беременных вести, и очки простые выписать, и, если что, выявить опухоль в организме. Терапевт, как мы считаем, должен по симптому боли в животе найти у пациентки опухоль молочной железы, которая метастазировала в печень. Если пациент от терапевта выходит с кучей бумажек без диагноза — к неврологу, ортопеду, гастроэнтерологу, урологу, — то сам-то он зачем?

Для нас комплексность подхода — это прежде всего организация оказания медицинской помощи, когда все этапы лечения тесно связаны между собой: поликлиники взаимодействуют со стационарами, а стационары — с клиническими кафедрами. Врачи поликлиники у нас имеют возможность работать в стационаре, проводить клинические исследования, а врачи стационара могут вести прием в поликлинике, отбирать себе пациентов в стационар. Вообще, за рубежом, как правило, поликлиники находятся при стационарах. Это только в России первичная и вторичная помощь — две разные планеты. Сейчас к этому взаимодействию мы подключаем и санатории, то есть помимо собственно лечения — профилактику и реабилитацию. В электронном виде вся история болезни пациента будет продвигаться по этим трем уровням. Мы добиваемся, чтобы врачи брали ответственность за результат лечения, а не пациент, бегающий с бумажками. Мы считаем, что его дело — только прийти к терапевту с первичной симптоматикой.

Как вы оцениваете результат такого взаимодействия между разными этапами лечения? И вообще, можно ли как-то измерить результат в медицине?

— Как и любое другое ЛПУ в России, мы по закону обязаны отслеживать статистику обращений пациентов, процент излечения, возникновения осложнений, рецидивов, летальных исходов и отчитываться по этим данным перед Минздравом. Мы видим очень хорошую динамику позитивных показателей и снижение показателей негативных. Мы приняли решение публиковать эти данные на нашем сайте: пусть пациент видит их и сам принимает решение. Мы призываем наших коллег — и частные, и государственные ЛПУ — последовать нашему примеру. Тогда отрасль станет прозрачной, появится возможность сформировать показатели эффективности ЛПУ, которых сейчас так не хватает и пациентам, и государству.

Создать равные условия

После слияния «Медси» с сетью клиник правительства Москвы вы надеетесь еще более развить преемственность между разными этапами лечения?

— Это так. После объединения «Медси» располагает 22 поликлиниками в Москве (включая специализированные детские клиники и крупные клинико-диагностические центры), 11 поликлиниками в регионах, тремя стационарами в Москве на 1160 койко-мест, более чем 80 медпунктами по всей России, собственной службой скорой медицинской помощи, тремя велнес-центрами в Москве, а также тремя санаториями (в Москве и в Крыму). То есть теперь компания готова предложить все этапы лечения, а значит, еще больше повысить его результативность. Объединение дало нам возможность привлечь инвестиции, без которых невозможно развитие и внедрение новых технологий. Оторванность советской медицины от мировой, а затем развал в 1990-е привели к тому, что во многих вопросах здравоохранения мы отстали на десятки лет. Наша основная задача сегодня — внедрять методики, которые за рубежом уже применяются массово, а у нас до сих пор единично. Число необходимых многим больным по жизненным показаниям операций, таких как стентирование, аорто-коронарное шунтирование, в сравнении с зарубежными клиниками разнится даже не кратно, а на порядки. В средней клинике в Германии, условно равной по статусу нашей областной, проводят тысячи операций на сердце в год. Операций, которые в нашей стране штучно делают только в нескольких федеральных центрах.

Не планируете ли вы войти в систему ОМС, что предусматривает новый закон «Об охране здоровья граждан РФ»?

— Рынок ОМС — это порядка 98 процентов населения Российской Федерации. Естественно, частные компании, в том числе «Медси», заинтересованы в привлечении пациентов по ОМС для расширения клиентской базы и увеличения количества оказываемых услуг. Однако это сложный процесс, он не только от нас зависит, но и от государства. Реально мы пока не можем выйти на рынок обязательного медицинского страхования из-за текущих тарифов в здравоохранении. Эти тарифы покрывают в среднем лишь 20–30 процентов себестоимости наших услуг. Например, по существующим тарифам удаление аппендикса стоит 13 тысяч рублей. В Европе эта операция как минимум в три раза дороже, а издержки у нас везде одинаковые. Одна из наших клиник, филиал «Медси» в Перми, с января 2011 года принимает пациентов по полисам ОМС. Проект «Медицинский сертификат» — совместная инициатива правительства Пермского края, нескольких страховых компаний и ЛПУ. В рамках проекта часть расходов на оказание медицинских услуг компенсируется за счет средств фонда ОМС (согласно действующему тарифу), другая часть — за счет полиса ДМС.

Первые выводы: по действующему тарифу ОМС нам компенсируют лишь часть фактических затрат. Пока лучший показатель — покрытие 58 процентов фактических затрат на прием терапевта. Обслуживание пациентов по полисам обязательного медицинского страхования для нас сегодня убыточно. Так будет продолжаться до той поры, пока частные клиники не будут уравнены в правах с государственными медучреждениями, которые могут позволить себе обслуживать пациентов только по ОМС, так как имеют два дополнительных источника финансирования: бюджет и возможность оказания платных услуг населению по рыночной цене, имея принципиально другую структуру затрат.

Мы ждем новых законодательных инициатив, которые позволят частной медицине работать в системе ОМС не в убыток. Например, хорошо бы, чтобы в России частное лицо по закону могло вносить доплату. Вот, ваш работодатель заплатил налог на ОМС, вы получили полис ОМС. Но вы хотите, чтобы вас лечили не интерны, а профессор или опытные доктора, прошедшие стажировку в лучших российских или западных клиниках. Естественно, зарплата у них выше, и страховка ваша будет дороже. У вас должна быть возможность доплатить разницу — и это должно быть прописано законодательно.       

Лилия Москаленко

Источник: expert.ru



История «Медси»

• 1996 год. Зарегистрировано ЗАО «Медси» на базе клинико-диагностического центра (КДЦ) «Медси» на «Белорусской».

• 2003 год. Проведена реконструкция КДЦ «Медси» на «Белорусской». Эта многопрофильная поликлиника становится одним из крупнейших лечебных центров столицы. В КДЦ «Медси» на «Белорусской» работает 12 докторов наук, 36 кандидатов наук, 250 специалистов высшей категории. Клиника имеет 13 отделений, 4 специализированных кабинета и собственную клинико-диагностическую лабораторию.

• 2005 год. Открыт детский клинико-диагностический центр «Медси 2» на Большой Пироговской.

• 2006–2007 годы. «Медси» развивает новое для рынка направление офисной медицины. Начинает работу клиника на Дербеневской набережной, расположенная на территории крупного бизнес-центра.

• Частью группы компаний «Медси» становится Корпорация семейной медицины, специализирующаяся на обслуживании VIP-клиентов.

• 2008 год. В состав «Медси» входит компания «Медэкспресс», реализующая новаторскую для того времени концепцию развития медицины — открытие частных клиник на базе ведомственных ЛПУ.

• К «Медси» присоединяется сеть фитнес- и велнес-клубов «Медси-фитнес», в которую входят крупнейший в Европе фитнес-клуб «Олимпик стар» и центр «Каскад».

• Открываются московские семейные клиники в Марьино, на Ленинградском проспекте и в Красногорске.

• «Медси» приходит в Южно-Сахалинск.

• 2009 год. На базе клинической больницы Центрального союза потребительских обществ РФ открывается многопрофильный стационар «Медси Центросоюз», где проводится широкий спектр высокотехнологичных операций. Открыты филиалы «Медси» в Казани, Перми.

• 2010 год. Открыт новый корпус КДЦ «Медси» на «Белорусской», который предлагает хирургическую и стационарную помощь. В этом же году открыт Центр диагностики и современных медицинских технологий под руководством профессора Коновалова.

• Открыты клиники «Медси» в городах Щелково и Радужный Московской области.

• Частью группы компаний «Медси» становится Американский медицинский центр, старейшее частное медицинское учреждение, специализирующееся на оказании медицинских услуг зарубежным гражданам, проживающим в России, а также VIP-аудитории.

• 2012 год. «Медси» объединилась с ГУП «Медицинский центр управления делами мэра и правительства Москвы». 



Нет голосов



Поделиться
8710
Личный кабинет