Жизнь, прожитая не зря

Завтра, 8 декабря 2017 года, ГБУЗ «Приморская детская краевая клиническая туберкулезная больница» отмечает свое 70-летие. За год через руки высококлассных специалистов ЛПУ проходит до четырех  тысяч юных пациентов со всего региона. Для их диагностики, лечения и реабилитации используются самые современные методики. А история учреждения началась с организации двух отделений на 50 коек при городской детской больнице №2 во Владивостоке, которые позже выросли в самостоятельный стационар. О том, как в 50-60-е работалось детским фтизиатрам в Приморье, о соратницах и современных докторах, а также о беззаветной любви к профессии и маленьким пациентам рассказала первый главный врач детской туберкулезной больницы Лидия Грибова.

 
«Я как-то сразу влюбилась в детскую фтизиатрию»
 
- Лидия Михайловна, став врачом, вы сразу выбрали именно это направление?
 
- Не сразу. У нас, лечебников, тогда не было такой узкой специализации как педиатрия, не говоря уже о фтизиатрии. После окончания института я сначала работала участковым врачом в Черниговском районе. В моем, так сказать, подчинении были деревня и совхоз. Лечила всех – и старых, и малых. Так что врач общей практики – это не ново.
 
А потом в совхоз приехал агроном с женой-врачом и меня перевели в районную больницу.  Сказали: будешь педиатром, и я стала вести прием детей в небольшой поликлинике при ЦРБ. Уже потом была специализация в Москве по фтизиатрии, переезд во Владивосток, работа в четвертом и пятом туберкулезных отделениях в детской больнице на ул. Папанина.
 
И я как-то сразу влюбилась в детскую фтизиатрию – она настолько многогранная и интересная. Может, кто-то боится идти в эту профессию из-за опасения заразиться, но мне это всегда казалось предрассудками. Я нырнула в дело с головой. К моменту создания самостоятельной детской туберкулезной больницы стаж работы педиатром-фтизиатром у меня был уже 10 лет.

 
- А как пришли к решению о создании самостоятельного стационара?
 
- Подробностей принятия решения «на верху» не знаю. Но, мне кажется, в какой-то степени это было связано с переездом костно-суставной больницы и освобождением здания на улице Демьяна Бедного в районе Седанки. Туда мы и заселились в 1969 году. Получилось одно отделение на 75 коек. Некоторое время подчинялись взрослому туберкулезному диспансеру, а потом стали самостоятельными.
 
- Сейчас, пожалуй, только в Приморском крае детская туберкулезная больница сохранила самостоятельность, не является подразделением взрослого диспансера. Как думаете, это правильно?

- Мне кажется, да. Потому что задачи у детской и взрослой службы немного разные, подход к пациенту разный. Ну а выведение туберкулезных отделений из состава обычного детского стационара – тут даже не обсуждается, все аргументы «за». 
 
«Вы будете главным врачом!»
 
- Для вас назначение главным врачом было неожиданным?
 
- Еще в отделениях второй больницы у нас сложился хороший врачебный состав: рядом со мной трудились такие умные и грамотные фтизиопедиатры как Евдокия Дунаева и Нина Миленина. И вот мои соратницы-подружки сказали в один голос: «Вы будете главным врачом!». Я сначала отказывалась. Но потом главный врач краевого туберкулезного диспансера убедила, пообещала помочь. Пришлось стать главным врачом. И не жалею.

 
Правда, мне не хотелось быть только администратором, поэтому я продолжала вести больных, хотя и вполовину меньше, чем полагалось по нормам обычному врачу – то есть не 25 детей, а 12. Потому что я даже представить не могла – как это я не буду лечить.
 
Коллектив у меня небольшой был. Но хорошие и дружный. Всего три врача, и отношения между нами были чудесные. Помогали друг другу, вместе обсуждали, принимали решения по пациентам. Медсестры, санитарки, видя такое отношение между врачей, тоже становились более внимательными друг к другу, спешили на выручку и в рабочих ситуациях, и в жизненных.
 
- А кадры, вы где набирали?
 
- Основной костяк перешел из туберкулезных отделений «второй» больницы. Из других отделений несколько человек тоже потянулись за нами. В младший и немедицинский персонал подобрались люди из числа живущих в районе Седанки. Не помню, чтобы мы испытывали большие трудности с кадрами.   
 
Желание лечить как можно лучше
 
- А что было самым трудным в работе?
 
- Да как-то за давностью лет напряженные моменты стерлись, осталось только ощущение рабочего подъема и желания лечить как можно лучше. Снабжение продуктами и лекарствами противотуберкулезной службы было хорошее. Правда, фтизиатры в наше время располагали меньшим числом препаратов, чем сейчас – у нас были только фтивазид да ПАСК, потом появился стрептомицин. Но мы добивались хороших результатов излечивания.
 
Больница значилась как городская, но у нас, в основном, лежали детки из края. Тогда не делились чей пациент – городской, краевой, из какого района, региона, есть полис или нет. Если ребенок заболел, он наш! Мы госпитализировали всех, кто в этом нуждался.
 
Да, порой тесновато было. Проверяющие приходили, делали замечание – мол, у вас скученность. Но здание небольшое, что мы могли? Почти в самом начале я отказалась от кабинета главного врача, и мы все три врача переехали в один кабинет. Освободившееся помещение отдали под палаты, создать для детей условия было важнее.  
 
- Много было пациентов в тяжелом состоянии?  
 
- Тогда еще не было обязательной вакцинации БЦЖ, поэтому осложнения туберкулез давал тяжелые. Плюс в районах не всегда вовремя ставили правильный диагноз. И мы со своими врачами договорились – выезжали в край и учили врачей вовремя распознавать болезнь, правильно ставить диагноз и своевременно направлять к нам в стационар. Нас тогда с Евдокией Григорьевной и Ниной Михайловной прозвали «три кита детского туберкулеза».
 
Нормативов по срокам лечения по дням нам никто не устанавливал. Мы считали, что ребенок должен долечиться и только потом его можно выписывать. А уж сколько дней для этого понадобится… с менингитом, например, у нас могли лежать до года. А из диагностики что было? Туберкулиновые пробы, анализ крови да рентген.

 
- Лидия Михайловна, вы достаточно долго работали и даже будучи на пенсии брали дежурства, консультировали молодых коллег. Вы сравнивали для себя - как работалось врачам в советское время и как сейчас?
 
- Я считаю, что раньше во многом было проще. Не потому, что было меньше отчетов, планов. Не потому, что медицина постоянно развивается, и появилось много новых знаний о болезнях, новых препаратах, методах диагностики…  
 
Сейчас молодых специалистов более целенаправленно учат. Но, мне кажется, мы не хуже врачи были, а в чем-то даже лучше. Например, мы по-другому относились к своей работе, пациентам. У современных врачей знаний стало больше, а внимания к пациентам меньше. Молодые доктора очень умные, начитанные, грамотные, но душевность теперь встретишь редко. Может потому, что им некогда – они все время учатся, работают на 2-3 работах.
 
С другой стороны, нам было проще работать, потому что отношение к медицинским работникам было другим. Не волновались, как прокормить семью на одну зарплату. Среди детей и родителей  врач пользовался безоговорочным авторитетом и уважением. Мне бывшие мои пациенты до сих пор звонят, поздравляют с праздниками. И, честно говоря, в такие моменты острее ощущаешь, что жизнь прожита не зря, что ты принес большую пользу детям.
 
 

Метки: Лидия Грибова, Приморская детская краевая клиническая туберкулезная больница

Просмотров: 541
5/5 (оценок: 6)
 

Эксклюзивные технологии на страже здоровья милых дам
26 февраля 2018
эксклюзив

Эксклюзивные технологии на страже здоровья милых дам

Зав. гинекологическим отделением перинатального центра Приморья Борис Лагодный уверен, что главное для врача-гинеколога - передать своим пациентам осознание того, что женское здоровье – бесценный сосуд, требующий бережного и внимательного к себе отношения. В интервью порталу VladMedicina.ru он поделился личной историей прихода в профессию и рассказал о своей работе.

Рейтинг: 5, голосов: 2.

К единым стандартам лечения колоректального рака
25 февраля 2018
эксклюзив

К единым стандартам лечения колоректального рака

Приморский краевой онкологический диспансер во Владивостоке на два дня стал площадкой для проведения мастер-классов и обмена теоретическими знаниями и практическим опытом между специалистами государственного научного центра колопроктологии им. А.Н. Рыжих Министерства здравоохранения России (Москва) и региональными хирургами-онкологами.

Рейтинг: 5, голосов: 2.

В медицине, как в Олимпиаде – быть только впереди!
24 февраля 2018
эксклюзив

В медицине, как в Олимпиаде – быть только впереди!

Медсестра инфекционного кабинета Ирина Ким работает в КГБУЗ «Владивостокская поликлиника №3» только полгода, но сразу снискала искреннее уважение коллег и признание руководства ЛПУ как грамотный, ответственный и внимательный сотрудник, который не перестает учиться на рабочем посту, жадно впитывая любые новые знания.

Рейтинг: 4.6, голосов: 9.

Профессия особого риска
23 февраля 2018
эксклюзив

Профессия особого риска

Врач-инфекционист КГБУЗ «Владивостокская поликлиника №3», к.м.н. Юрий Образцов прошел удивительный профессиональный путь, неоднократно участвовал в операциях по спасению моряков-подводников, боролся с тропическими лихорадками во Вьетнаме и продолжает стоять на страже инфекционной безопасности жителей Приморья.

Рейтинг: 5, голосов: 9.

Эффект бабочки
22 февраля 2018
эксклюзив

Эффект бабочки

Он мог блистать остроумием на сцене, работать в театре и сниматься в кино,  или защитить ученые степени в нейрохирургии и преподавать в столичном вузе России, но потомок княжеского рода Петр Продан выбрал скальпель хирурга в районной больнице, который спас многие-многие жизни на севере Приморского края.

Рейтинг: 5, голосов: 8.

Экотестер.рф

Добавить комментарий

Ваше имя:
Ваш e-mail:
Ваш комментарий:
Цифры на картинке: Включите показ изображений в браузере (обновить картинку)
 
Версия для печати
ОПРОС
Изменилась ли к лучшему работа поликлиник?
ВХОД
Логин:
Пароль:


Разработка сайта — ЦРТ
Кодекс этики врачей Рунета